Рубрики

Архивы


« | Главная | »

Культурная жизнь, отдых ...

Автор: admin | 31 Июл 2017

Общественная жизнь, отдых и всё остальное

 Конечно, работа – работой. Она занимает основную часть жизни. Но без отдыха и общения в неформальной обстановке ни один нормальный коллектив существовать не может.

Общественная жизнь и отдых

Наша кафедра ВМ (к моменту, когда я начал здесь работать) располагалась на 4-м этаже главного корпуса и занимала всего лишь три комнаты. Это кабинет заведующего и две соединяющиеся друг с другом комнаты: одна – маленькая (где некоторые наши сотрудники перекусывали в перерывах между занятиями, а также отмечали за общим столом все торжественные и праздничные даты) и вторая – очень большая комната, бывшая ранее учебной аудиторией (где размещались рабочие места всех преподавателей).

Постепенно количество преподавателей на кафедре увеличивалось. Приходили новые сотрудники, совсем молодёжь, с институтской скамьи. Наши празднования становилось всё труднее проводить в маленькой комнатушке. В один прекрасный момент с позволения заведующего все наши торжественные встречи было решено проводить в большой кафедральной комнате. Сдвигали столы в центре комнаты, и получался один большой грандиозный праздничный стол.

Произносили много тостов, было весело в кругу нашей большой семьи. Каждому виновнику торжества читались стихи, в которых, кроме пожеланий, было много сведений об именинниках. В результате мы узнавали много нового друг о друге и становились близкими и родными. Обстановка была самая, что ни на есть, демократичная и радостная. Стихи, по установившейся традиции, писал Ваш покорный слуга. Но некоторые (в стиле гомеровских баллад) принадлежали перу Дмитрия Геннадиевича Зеленцова.

Через два года в УГХТУ был организован новый факультет СТ (современные технологии), на который была переведена наша кафедра. К нам был принят целый ряд новых сотрудников и преподавателей – специалистов по компьютерным технологиям, а кафедра стала называться КТиВМ (компьютерные технологии и высшая математика).

Если сотрудников на кафедре ВМ было около 23-25 человек, то на КТиВМ стало 32-35 сотрудников и преподавателей. Количество праздничных дней соответственно сильно увеличилось. И вот, чтобы не превратить нашу жизнь в «сплошной праздник», было решено дни рождения в каждом месяце объединять и праздновать в один из самых подходящих и удобных дней месяца.

Так как количество сотрудников увеличилось, то нашей, теперь уже объединённой, кафедре, кроме наших прежних трёх комнат в главном корпусе, ещё выделили несколько (две или три) в высотном корпусе на Набережной Ленина. Там теперь располагались наши новые сотрудники. Мы стали часто проводить свои празднества там (подальше от начальства). Хотя, следует отметить, что это не принципиально, так как наш народ, в основном, тихий и, в некотором смысле, «богобоязненный», и у нас никогда не было шумных сборищ и разгулов. Всё проходило в высшей степени интеллигентно.

Некоторые наши встречи проводились под руководством Дмитрия Геннадиевича на природе. Но как-то массового характера эти встречи, к сожалению, не приобрели.

За пять лет моей работы на кафедре у меня накопилось столько поздравлений нашим сотрудникам, что, когда я их собрал, они образовали своеобразную книгу под названием «Пять лет из жизни кафедры КТиВМ в поздравлениях и иллюстрациях». Это, в определённом смысле, целый кусок (пласт) из жизни нашей кафедры и её преподавателей и сотрудников.

УГХТУ_титул_Культурная жизнь, отдых ...

В УГХТУ библиотека уделяла большое внимание художественному творчеству студентов, сотрудников и преподавателей. Регулярно издавался альманах молодёжной поэзии. В университете уже было известно, что Ваш покорный слуга увлекается созданием поэтических поздравлений и поэм. В одном из альманахов была помещена моя поэма о баскетболе «Хроника одного матча». Так как спорт – это дело, в основном, молодёжное, то моя поэма органично вписалась в этот сборник и стала его неплохим завершением.

Фото титульного листа сборника.

Все эти годы я продолжал играть в баскетбол в НМетАУ и в спортзале нашего клуба ВКБ (Ветераны Куликовской Битвы), расположенном за «Днепромашем» (в «пожарке»), см. раздел «Спорт. Баскетбол» на моём сайте.

Операция

И вот на пятом году моей работы в УГХТУ я совершенно неожиданно получил ужаснейшую травму коленного сустава правой ноги. На медицинском языке это называется «отрыв надколенника». Надколенник – это главное сухожилие, соединяющее бедро и коленный сустав. Так вот оно не разорвалось, а оторвалось полностью от коленной кости.

Я с ужасом тогда подумал, что с моим баскетболом, волейболом, бегом, да и просто ходьбой и любыми передвижениями, покончено навсегда.

Произошло это страшное событие следующим образом. В конце рабочего дня 19 ноября 2010г., после заседания кафедры я и Борис Евгеньевич Рогоза решили спуститься с нашего 4-го этажа по боковой лестнице. Она была довольно крутая, и некоторые гранитные ступеньки были стёрты (от времени) и не скользили слегка, как обычно. Руки у меня были заняты: в одной я держал портфель, а в другой – сумку с какими-то бумагами и книгами. Схватиться за перила я не мог.

И вот на верхней ступеньке я продвинул правую ногу, надеясь скользнуть на следующую ступеньку. Верхняя ступенька оказалась стёртой и затормозила мою правую опорную ногу. Мой приличный вес и сила инерции привели к тому, что мне пришлось под действием этих двух сил согнуть в колене правую ногу, причём намного больше, чем позволяли мои физические возможности. Результат (как написано выше) – отрыв надколенного сухожилия от коленки.

Борис Евгеньевич помог мне спуститься на 1-й этаж и добраться до проходной, а затем вызвал такси. Травма оказалась невероятно болезненной и коварной. Пока я ожидал такси, я опирался на левую ногу и устал от этой позы. Правая, казалось, успокоилась, и я машинально, на какую-то долю секунды перенёс опору на неё. Моментально я от страшной боли свалился, как подкошенный. Меня подняли, усадили с горем пополам в такси, и дальше уже благополучно довезли до дому.

Я живу на 1-м этаже, и водитель помог мне дойти до самой двери в квартиру. Жена открыла дверь. Казалось бы, всё. Водитель ушёл. Осталось переступить порог, и я – дома. По иронии судьбы, я случайно оказался правой ногой к порогу. Забыв о том, что со мной произошло на проходной УГХТУ, я попытался войти правой ногой в квартиру и тут же, к ужасу моей жены, рухнул внутрь помещения. Как я провёл ночь, не помню.

На следующий день моя жена (Людмила Григорьевна) и внук Дима (муж моей внучки Анички) попытались найти больницу, в которой можно было бы меня лечить. В больнице № 6, ближайшей к моему дому, провели обследование и ряд анализов и отказались меня принять. Мол, с такой травмой они не сумеют справиться.

Дима договорился, что меня привезут в 16-ю городскую больницу. Благодаря моей жене, меня положили в отдельную палату. Она купила мне костыли и приезжала, хоть это и далеко, каждый день. Меня также очень часто навещали мои родственники, мои друзья, мои студенты. Заскучать мне не давали.

Провели все дополнительные обследования, осмотры, взяли необходимые анализы и готовили меня к операции. Всё было бы прекрасно, если бы не закрытый «отрыв ноги». Что будет дальше, я не представлял.

К счастью, я попал к замечательному хирургу, заведующему отделением травматологии 16-й больницы г. Днепропетровска Александру Дмитриевичу Гетьману.  Он был очень внимательным. Мы с ним часто шутили. Весь персонал относился ко мне очень хорошо. Я человек очень общительный, любитель пошутить, и ко мне во всех больницах, где я лежал, всегда относились хорошо.

И вот настал день операции.

Повезли меня из моей палаты на каталке в операционное отделение. Долго ждали. Наконец, пришёл анестезиолог. И всё началось. Я ожидал, что мне обколют колено и всё. Оказалось, иначе. Мне сделали несколько очень болезненных уколов в правую часть паховой области. Постепенно вся правая нога превратилась в совершеннейшее бревно. Как будто её нет, и всё же очень большая тяжесть. В правой ноге – полная бесчувственность (как я думал в тот момент). Затем меня перевезли в собственно операционную и перенесли на операционный стол.

Мою верхнюю часть (голова, руки, туловище) отделили от нижней какой-то занавеской или ширмой, чтобы я не видел, что будут делать с моей правой ногой. Пока происходила вся эта подготовка, я ещё шутил, вставлял какие-то фразы. Но вот я толи почувствовал, толи догадался по каким-то ощущениям, что мне сделали разрез в области правого колена. Дальше началось «ковыряние» во мне. Что-то хватали чем-то, что-то тянули куда-то. Тут уже было не до шуток. Я пытался не стонать, но это не всегда у меня получалось.

Из разговора хирурга и ассистентов я понял, что они ищут, куда и как можно пришить это начисто оторвавшееся сухожилие. Для нас, простых смертных, решения, казалось бы, не было. Но у специалистов всегда имеется много различных вариантов. Так было и в данном случае. Раз нет какой-либо мягкой мышечной ткани, к которой можно пришить надколенник, было решено прикреплять его прямо к коленной кости. «Как?» — спросите Вы. Приклеивать, что ли? – Не понятно!

Единственный вариант состоял в том, чтобы пришивать сухожилие прямо к кости. При этом нужно было делать отверстия для ниток в очень твёрдой костной ткани. Простой иглой это было сделать невозможно. Били молотком по какому-то предмету (игле или зубилу). Каждый удар вызывал дикую боль. Я, наверное, вскрикивал не в силах перенести это молча. Не помню.

В качестве ниток (фигурально выражаясь) применяли какую-то сверх-прочную, не подверженную гниению, «вечную» ткань в виде тонких полосок. Не знаю, как она называется — кажется, кетгут. Тело сухожилия, когда его притягивали к кости, часто рвалось. Приходилось повторять эту процедуру несколько раз. Со мной, конечно, ясно – как мне было тяжело. Но врачи, безусловно, также сильно намучились.

Это сейчас я могу что-то вспоминать, о чём-то рассуждать. Тогда я был в состоянии тягостного ожидания – сколько это будет продолжаться и когда это вообще закончится. Всё остальное была боль. То лёгкая, то терпимая, то очень резкая и сильная. Но я же – мужчина. Нужно было терпеть.

Когда закончилось это битьё-шитьё внутри колена, нужно было ещё зашить резаную рану снаружи на колене длиной 15-20 см. Это тоже удовольствие не из приятных. Ну, и выход из наркоза часов 5-6. Можно сказать, что операция была выполнена замечательно. Я приношу огромную благодарность моему хирургу А.Д. Гетьману и всему обслуживающему персоналу отделения  травматологии  16-й горбольницы.

Дальше было лечение тут же в стационаре около месяца. Мой доктор выписал мне ряд лекарств, ускоряющих заживление полученной травмы (в частности, хондроитин на основе акульего хряща), и отпустил домой для лечения у травматолога по месту жительства. Правая нога после выписки из больницы в коленном суставе почти не сгибалась. Некоторое насильственное сгибание было весьма болезненным. Я передвигался, сильно хромая, на костылях. На больничном листе я пробыл ещё два месяца. Мой лечащий врач Иван Александрович – молодой травматолог травмпункта 6-й горбольницы – порекомендовал мне, кроме ряда медикаментозных средств, ещё и комплекс физических упражнений для перехода из состояния инвалида к полноценной жизни, как на работе, так и в спорте. Уверенности в положительном результате у меня не было абсолютно.

Но я ведь спортсмен (можно сказать, фанатик), а спортсмены не сдаются. Больно, не больно – я неукоснительно выполнял все рекомендованные упражнения. Кроме того, большим счастьем и замечательной сиделкой для меня была моя жена – Людмила Григорьевна, которая к этому времени была уже на пенсии. И, как ни странно, моя подвижность в коленном суставе правой ноги постепенно стала восстанавливаться. Я начал передвигаться с палочкой. А через месяц после выхода на работу оставил уже и палочку. Конечно, некоторые болевые ощущения остались до сих пор (прошло почти 8 лет), прыгать я боялся, но бегать (если эти передвижения можно назвать бегом) я уже с горем пополам мог. Что касается точности бросков по кольцу и ударов в волейболе, то они сохранились на приличном для моего возраста (73-75 лет) уровне. Через полгода-год я  уже снова играл в баскетбол в спортзале и в волейбол на пляже (конечно, относительно).

На память об операции

На память об операции

На память о тех «прекрасных» временах у меня остался замечательный шрам через всё колено на правой ноге, почти как тату.

 

Темы: 10_УГХТУ | Комментариев нет

Отзывы